Российская осень 2026-го — старт нового политического цикла. Военное положение введено, хотя формально не объявлено. Вполне в путинском стиле: изъясняться уклончиво, действовать исподтишка — и в итоге жёстко ставить перед фактом. Семнадцать бюджетных триллионов на военные цели. Превращение страны в филиал армейской Службы тыла. Разрушительный приговор социалке. Что ни говори, это новый формат жизнеустройства. И новые условия борьбы. По законам военного времени. То есть, вообще без законов.

Министерство финансов впору переименовывать в министерство оккупационного снабжения. Министр Силуанов не зря возвышен в вице-премьеры, а его многолетняя заместительница Окладникова посажена на аппарат правительства. Установлена прочная связка Минфина с объединённой Службой тыла. Во главе службы, сосредоточившей все каналы внутреннего обеспечения и логистики Минобороны, поставлен генерал-полковник Валерий Солодчук. Патентованный военный преступник. Экс-командующий 36-армией, бравшей «Киев за три дня» и зверствовавшей в Буче. Этот генерал теперь на российской земле.

Под путинской крышей Силуанов и Солодчук в четыре руки затягивают мощный военно-финансовый узел. Обоим поставлена задача: деньгами, снабжением и транспортом обеспечить захват Славянско-Краматорской агломерации. Социально-экономические процессы внутри РФ подчинены этой цели. Штурмовать пояс крепостей, превращать донбасские города в новые Бучи. Только так Путин и его окружения могут оправдаться сами перед собой в новогодней речи диктатора.

Если не провозгласить полное взятие Донбасса, слишком очевидным становится украинское поражение кремлёвки. Ради очередного кровавого витка с флаговытками из России выжмут по максимуму. Социалку просто снесут: отключат свет в последней сельской школе, оставят зимой без отопления последнюю районную больницу. Там, в элите, особое мышление: «люди мусор», в лучшем случае «вторая нефть».

Они сами предвидят проблемы. Разгром законопослушной оппозиции, выжигание мирных протестов, свирепые сроки за политическое инакомыслие — всего этого уже мало. Готовится подавление разрозненных, но опасных социально-бытовых волнений. Это признано за неизбежность. Другой генерал-полковник, председатель госдумского комитета по безопасности Пискарёв, уже заслал по инстанциям проект ужесточения УК: удлинение сроков за призывы к беспорядкам, увеличение штрафов за сопротивление представителю власти.

Это не про «яблок» и не про «антивоенных». Даже не про «свошную» блогерку Монтян, не про черносотенного издателя Бастракова. Хотя первая уже получила срок, второй объявлен в розыск — шибко резвым дают по рукам, чтоб знали место службы. Но пискарёвская жесть предназначена разозлённому мужику, который позовёт к зданию администрации из-за лопнувшей трубы. Потому что ремонтные деньги Силуанов перебросил на оккупантский флаговтык. После перемен в УК мужик получит шесть лет. Со штрафом в полмиллиона, если попробует вырваться от мента или росгвардейца.

Пискарёв особо выделяет тему закрытых чатов. Цифровой контроль доводится до гротеска. Активистов и блогеров отправляют на сроки за тексты давних лет. Введено лицензирование операций с криптой. Разрастается сеть камерной слежки и биометрии городских пространств. В своём идеале заглядываются на китайские «индексы благонадёжности» и системы пресечения на этапе замысла.

Путин ведь уже сказал на подмосковном «Валдае»: геополитические сдвиги меняют природу человека. В этом бреде есть доля бреда, но не более того. Правящий класс РФ ощутит спокойствие не раньше, чем превратит подданных в скот, с «изменённой сущностью». Не стоит стыдливо отворачиваться, уклоняясь от реальности. Вопрос стоит именно так. Не зря в Украине заметили после Бучи: «Похоже, мы воюем не с людьми».

В «правовом поле» РФ отсутствуют ограничители власти. Режим пойдёт до конца и дойдёт до всего. Античеловеческий курс — заявленный официально и реализуемый каждодневно — останавливает только силовой отпор. Значим фактор украинских ударов, как на днях по Петербургу. Это вынуждает кремлёвку отвлекаться вовне, тратить ресурсы, откладывать задуманные меры внутреннего военного прессования. Но в принципе вопрос извне нерешаем. Ликвидация номенклатурно-олигархической диктатуры в России не является ни украинской, ни европейской задачей. Об Америке что и говорить, когда Трамп фактически встал к Путину на подхват. Грубо, но и прямо говоря, никто за россиян российского дела не сделает.

Вал поджогов инфраструктуры. Диверсионные сломы военно-управленческих линий. Партизанская пропаганда на административных стенах. От Кубани до Кузбасса, от Мурманщины до Хабаровщины. Повстанческие акции пока разрозненны, но они уже выражают социальный бунт низов против вражеской элиты. И если общество подминается под социальную иерархию феодального абсолютизма, то возвращаются старые проверенные методы сопротивления. Бумажную листовку не засечёшь в чате. Наличку под столом не отфиксируешь лицензией. А ствол и взрывчатка во все эпохи работают одинаково.

Это социальная война общества. Не за лозунги —за выживание. Жестокий, но шанс России.