«Движение Первых» раскрыло свои финансовые показатели. Они впечатляют. В прошлом году движение получило 11 млрд рублей. Из них истрачено на собственно пропаганду — «патриотическое воспитание», Орлят России, какие-то конкурсы, духоскрепный мерч — около 8 млрд рублей. Ещё полтора миллиарда ушли на белые зарплаты для восьми сотен человек из штата движения. Остальное украли. Реально не смогли отчитаться о потраченном.

И это, как в России и принято, дало свои плодотворные всходы.

Именно из-за этого повального воровства путинская агитация превратилась в мёртвый ритуал, вызывающий у зумеров лишь глухое раздражение. Большое исследование, проведённое независимым экспертным центром CASE, показало: вбиваемая на «Разговорах о важном» провоенная муть не оставила в головах нового поколения вообще никакого ценностного следа.

Пока приглашённые «ветераны СВО» вещают про «загнивающий Запад» и свои «подвиги», школьники просто сидят в телефонах, листая мемы.

У режима нет главного — у неё нет людей, готовых идейно за неё умирать. Молодёжь аполитична, она не выходит на баррикады, но она выбрала тотальный внутренний саботаж. А на прямой вопрос о отвечает прагматично: Это не моя война. У меня своя жизнь.

И эта «своя жизнь» действительно идёт полным ходом. В крупных городах и региональных центрах молодые люди создают свой обособленный, мирный космос — хипстерские тусовки, нонконформистские выставки, креативные вечеринки, короче, ведут насыщенную духовную жизнь вне государства. Это естественное, понятное желание нормального человека — не пускать в себя войну, защитить свою психику от ужаса и сберечь нервы.

Но в этой стратегии внутреннего эскапизма есть одно глубокое, болезненное противоречие, о котором рано или поздно приходится задуматься.

Пока в кулуарах театров и на модных площадках кипят споры об искусстве, по российским городам и весям стремительно множатся «аллеи славы» со свежими могильными крестами. Война, которую обыватель пытается демонстративно не замечать, прямо сейчас перемалывает тысячи жизней по обе стороны фронта.

И путинская правящая каста продолжает этот конвейер смерти именно потому, что тыл обеспечивает это молчаливое, занятое собой большинство. Режиму и не нужны миллионы идейных штурмовиков. Ему идеально подходит именно такой прагматичный конформизм: пока ты «бережёшь нервы» и занимаешься саморазвитием, ты не мешаешь машине работать дальше. Пассивная позиция «моя хата с краю» становится для диктатуры лучшим подарком.

Пытаться переждать катастрофу в стороне, делая вид, что происходящее тебя не касается — это иллюзия, у которой есть конкретный срок годности.

Государство отбирают налоги у твоей региональной больницы, чтобы выписать премии 800 дармоедам из «Движения Первых». Оно уродует школьную программу, лишая твоего ребёнка будущего и шанса на нормальную международную карьеру. Оно не оставит в покое твой уютный закрытый мир. Рано или поздно оно потребует от тебя не просто молчания, а любви: личного участия — ресурсами или жизнью.

Уход во внутреннюю эмиграцию понятен, но он не решает проблему, а лишь откладывает её. Настоящее устояние человека и его самоуважение начинаются там, где кончается эскапизм. Не обязательно выходить на площади — достаточно начать с малого: с тихого саботажа казённых глупостей, с содействия тем, кто пытается сопротивляться, с честности перед самим собой.

Время, когда можно было успешно делать вид, что ничего не происходит, безвозвратно ушло. И каждый сегодня сам решает, кем он останется в этой истории — безмолвной деталью путинского конвейера или человеком, который нашёл в себе силы выбрать другую сторону.