Путин готов к переговорам с Украиной на базе стамбульских переговоров 2022-го, анкориджских посиделок 2025-го и каких-то там «реалий на земле». И, конечно, плачется, что Киев прервал диалог, а своими ударами вглубь России украинцы просто выбивают себе условия получше.

Само по себе это заявление не значит ничего. Он и раньше говорил, что готов договариваться. На своих условиях. Желательно в Москве. Вот только на дворе середина 2026-го. Россия уже совсем не та, что была во время стамбульского фарса. Тогда, кстати, в конституцию ещё не успели вписать четыре «области в составе» РФ.

Не тот был и Трамп. Точней его ещё не было снова. А теперь есть, и про «анкориджские договорённости» он давно забыл. Теперь он «чрезвычайно впечатлён и восхищён» украинскими ударами по целям в глубине РФ, сомневается, что она способна добиться своих целей и советует Владимиру Зеленскому быть решительнее.

Да и сами путинские «реалии на земле» выглядят паршиво. РФ разом потеряла 25% всего производства бензина. Морской экспорт нефтепродуктов просел на 15%. Топливный голод накрыл 53 региона страны — «в одни руки» и пустые АЗС от Воронежа и Ростова до Иркутска и Владивостока.

А тут еще и чекист Бортников признал, что Кремлю всё равно придётся вести переговоры с Зеленским, хоть он для них и «террорист». До Лубянки наконец дошло, что в Украине есть президент, и только он будет вести переговоры. Бортников даже признал, что Зеленский сам принимает решения, и Россия это учитывает.

Особенно знаменательно — точно по Фрейду — что эти разговоры о переговорах прозвучали в трехлетний юбилей пригожинского мятежа. Это событие нынче раздули до размеров революции. По крайней мере, раскола российских элит. Только никакого раскола не было тогда и нет теперь. Была смешная история про то, как один уголовник во главе других уголовников решил надавить на Путина. «Фасон показать», как говорят старые воры, и поиметь с этого преференции — стать ещё ближе к трону.

Сегодня все вспоминают это чуть ли не как великую смуту — вот-де Пригожин брал регион за регионом. Только почему-то забывают добавить, чем всё закончилось. Никто к нему не присоединился: ни одно военное подразделение, ни одно народное ополчение. Он сам панически затормозил, хотя преград не было. А потом «сговорился» с Путиным, будто не знал, как тот мстителен и злопамятен. Вскоре и кончил свои дни как последний лох.

«Оппозиция в релокации» до сих пор мечтает о чём-то договориться с Путиным — точь-в-точь как Пригожин или как «белоленточники» с вискариком в 2011 году. Урок не выучен. С чекистами нельзя сторговаться, они используют любые обещания только чтобы выиграть время.

Но есть настоящее сопротивление — в рядах ВСУ и в партизанском тылу. Легион «Свобода Росии», Русский добровольческий корпус, ОФС, «Чёрная искра», СкрепачЪ, КПД… Эти люди не катаются по панельным дискуссиям и не верят кремлёвским обещаниям под честное слово. Они не торгуются. Прямо сейчас переламывают хребет этому режиму на земле.

Свобода родится в бою. Её цена — это кровь и копоть. Бои в Купянске, заходы в Белгородчину, сорванные графики военных эшелонов, остывающие без энергии цеха оборонных заводов, горящие военкоматы и в/ч.

Настоящая история настоящей России пишется не в Твиттере, она пишется действием. И партизаны доведут эту работу до конца.