Мы живём в эпоху искусственной пустоты. Государственная машина миллионам внушает бессилие. Карательный произвол, начальственное хамство, гнусное мракобесие, тупая ложь, спрессовываются в духоскрепную госидеологию. В культ угнетения и насилия, барского роскошества и конюшенной порки. Паралично затихшее общество пассивно проглатывает эту мразоту. Не по согласию, а по надлому и разобщённости. Лишённое противостоящей идеи, которая — тоже оружие.
Массовое оцепенение усугубляется глубоким разочарованием в рецептах последнего сорокалетия. Не на что опереться, не от чего оттолкнуться. Привычные политические учения либо скомпрометированы практикой, либо слишком узки и специфичны для реала. Социализм, либерализм, национализм, анархизм, марксизм… стали поводами для бесконечной грызни или бесплодного псевдоумствования. Кабинетное конструирование новых идеологий тоже ведёт в тупик. Придумки, рождённые амбициями интеллектуалов, бывают ярки, но не бывают жизненны.
Настоящая идея прорастает из низов. Осознанием совокупной воли. Не нужно изобретать сложные доктрины. Нужно оглядеться вокруг. И увидеть подлинные ценности, поднимающие людей на этой земле.
Базовые понятия неуничтожимы. Сам человек. Его достоинство, верность и честь. Солидарность родных и друзей, товарищей и соседей. Живые связи, а не партийные программы изначально формируют взаимовыручку и совместную самозащиту.
Враг сегодня — государство номенклатурной олигархии. РФ, захватившая Россию. Правящая каста угнетателей. Век за веком господствующий класс меняет антураж — боярский кафтан на дворянский камзол, офицерский мундир на комиссарскую тужурку, сталинский френч на путинский пиджак. Неизменна суть: подавление, ложь и грабёж. Сопротивление здесь и сейчас — не выбор политического курса, а устояние человека.
В народном сознании укоренено: за подлость верхов положено возмездие снизу. Барин: «Пытаю и вешаю» — Кудеяр поднимает нож. Это такой же культурный код, как тяга к миру и благополучию. «Кабы всегда чарка доходила до рту да кабы приказных по боку и к чёрту!»
Эта традиция непримиримости тянется через века. Вольные славянские сходы. Ушкуйники и ватажники, свободные люди Руси. Разинские и пугачёвские повстанцы против царских воевод. Кронштадтцы и тамбовские антоновцы против комиссародержавия. Обуховская оборона 1901-го, рабочие бунты начала 1960-х, шахтёрские забастовки рубежа 1980–1990-х.
Демократия, патриотизм, свободное самоуправление? Наверное, так и назовут. Как антоновцы — свою партизанскую республику. Не суть и важно, какое имя идеология и движение получат в истории. Скорей всего: вера в волю. Вера — живая в делах. Не изысканным лозунгом, а партизанским рейдом, уличной сцепкой, схваткой и солидарностью. Голос воли отражает силу. В бою с мракобесными паразитами, грязью и кровью заливающими не им принадлежащую землю.
Такую идеологию быстрей всего освоят те, кого теперешние хозяева держат за презренную чернь. Зачисляют либо в уголовщину, либо в зашоренную массу. Кто работает в мрачном молчании. Кто уже в бытовой драке с охранителями нечеловеческой системы. Рефлексирующая «белая лента» примкнёт позднее. Когда из низов рванёт живая правда.
Кончено время пустопорожности, взаимных упрёков и ожиданий чудес. Наступает время воли. Когда сила сопротивления скрепляется голосом идеи.